Profile

zidanio: (Default)zidanio

Expand Cut Tags

No cut tags

Jul. 8th, 2012

zidanio: (Default)
Теперь перейдем к винам, ликерам, коктейлям и другим напиткам невысокого градуса.

В послесловии к первому посту этого цикла (про безалкогольные напитки) я уже писал, что, возможно, будет правильным разбавить тему американской рекламы фактическими сведениями по освещаемому предмету из жизни нашей страны. Сведения эти основаны только на моих личных воспминаниях и наблюдениях и касаются только тех местностей, где я жил или бывал в 60-70-е годы. Так что сегодня, прежде чем познакомить читателя с американской рекламой на винно-ликерную тему, я попытаюсь вспомнить, что же было у нас в означенном сегменте в те времена.

В СССР 1960-70-х годов пожалуй, не было ни одного товара, который хотя бы даже приблизился по разнообразию ассортимента к винам, сюда же отнесем и прочие некрепкие напитки. В разных регионах страны были свои, локальные бренды, в том числе неофициальные, чисто народные. Но были напитки, получившие общесоюзную популярность, главным из которых в те годы был "Солнцедар". Народ даже посвящал ему стихи: "не теряйте время даром, похмеляйтесь солнцедаром" или "скажи-ка дядя, ведь недаром ты так нажрался солнцедаром". Про "Солнцедар" слагались легенды, говорили, что его закупают у нас зарубежные страны в качестве средства для опыления садов от вредителей или для покраски заборов. Сей напиток продавался в бутылках 0,8 л ("огнетушителях"), имел крепость 16 градусов и стоил 85 копеек без стоимости посуды, а целиком - рубль две копейки. Благодаря "Солнцедару" словосочетание "рупь-две" стало, как бы сейчас сказали, общеупотребимым мемом. История появления "Солнцедара" и приобретения им всесоюзной известности связана с Хрущевым, подписавшим долгосрочный контракт с Алжиром на поставку местного вина. Вино это продавалось под маркой "Алжирское столовое красное" и в бутылках, и в разлив, но не пользовалось успехом из-за ядовито-кислого вкуса. Тогда решили его переработать, сделать крепким и сладким, и этим делом занялся винзавод в поселке Солнцедар под Геленджиком. Я так и не попробовал этого замечательного напитка - к концу 1970-х он уже не попадался в продаже, но те, кто его пивал и таки выжил, делились своими неизгладимыми впечатлениями от его незабываемого вкуса, не скупясь на эпитеты.

А в мои юные годы в Старом Осколе максимальной народной любовью пользовались вина крепостью 17 градусов в поллитровой таре: "Плодово-ягодное" (его звали "плодововыгодным"), "Белое крепкое", или в варианте украинского разлива - "Биле мицне", называемое "биомицином", "Волжское", "Лучистое крепкое", "Золотистое крепкое", было даже "Ежевичное крепкое", правда, прошел слух, что им в нашем городе насмерть отравилось несколько человек, и оно исчезло из продажи. Все они стоили от знаменитых "рупь-две" до рубля и 32 копеек. Но безусловным хитом в те годы было "Яблочное крепкое", в просторечии "червивка" по цене рубль-семнадцать. На конец 70-х оно было самым дешевым в старооскольском винном ассортименте, напитки по "рупь-две" если и попадались, то уже совсем редко. Не сказать, чтоб оно было запредельной гадостью, но изысканным букетом "яблочное крепкое", мягко говоря, не отличалось. "Червивку" народ брал куда охотнее, чем водку. Оно и понятно: три бутылки "червивки" стоили почти на рубль дешевле, чем бутылка водки, а по "убойной силе" ее превосходили. Да и водку надо закусывать, некоторым желательно и запивать, а "червивку" можно было закусить конфеткой, на крайняк не закусывать вовсе, что в варианте уличного распития было удобно.

Когда я переехал в Москву в 1978 году, меня удивило, что москвичам, оказывается, ничего не известно про "рупь-две" и "червивку". Здесь самым популярным народным напитком был так называемый "портвейн". Наверно, сам дьявол не придумал бы ничего, что смогло бы больше опорочить эту знаменитую на весь мир марку португальского вина. "Портвейны" были разных сортов, крепость имели в 18 градусов и стоили 2-27 или 2-42 вместе с посудой. Наиболее распространены были "Агдам", "13-й","72-й", "Кавказ", "777" ("три семерки"), "Акстафа", "Анапа", "Иверия", "Портвейн белый", "Портвейн розовый", "Портвейн золотистый"... Попробовав этого столичного хита продаж, я, помнится, ностальгически пожалел о "червивке" с исторической родины - "портвейн" этот оказался куда более тяжёлым и малоприятным напитком. И по вкусу - если это таковым можно назвать: он был значительно более сладким и противным, и по действию на организм - от него начинала болеть голова, и вообще, он погружал в какую-то одурь.

А помимо "портвейнов", в продаже были другие относительно дешевые напитки, еще менее куртуазные: узбекская "Сахра", таджикский "Памир" (на этикетке писалось "Помир", произносилось, естественно, с ударением на первый слог), "Вермут розовый крепкий". Если тогдашние "портвейны" всё ж наносили заочное оскорбление оригиналу, поскольку были хотя и плохой, но таки узнаваемой пародией на него, то настоящий вермут на этот "вермут розовый крепкий", наверно, и обиды-то не держал - уж слишком непохожим был отечественный эпигон на своего прототипа. Он вообще, честно говоря, ни на что не был похож, и брали его только тогда, когда ну совсем уж никакой альтернативы не было. Его называли "вермуть" из-за обязательного осадка на дне, потом это название трансформировалось в "бормоть", и уже из этого прозвища родилось эпохальное слово "бормотуха". Именно это обобщающее понятие включило в себя все бывшие "рупь-две", "червивки", "биомицины" и их аналоги, все "портвейны" и то, что было около них, сошедший уже с пьедестала "Солнцедар", а заодно и дешевые сухие вина и более дорогие "марочные" узбекского и молдавского производства, по сути, те же "портвейны", только еще мерзее на вкус.
Дальше будет патриотическая часть моего повествования и, собственно, сабж )